• 06.07.2026 20:53

• Важное

Нефтяной аппетит Поднебесной: война ускорила то, что уже было неизбежно

Ближневосточный конфликт нанес мощный удар по китайскому нефтяному импорту, и, по оценкам экспертов, прежние объемы могут уже никогда не восстановиться. Дело не только в перебоях с поставками — структурный сдвиг внутри китайской экономики и транспортного сектора оказался настолько глубоким, что многие аналитики говорят о формировании «новой нормы» для рынка черного золота.

Согласно данным консалтинговой компании FGE NexantECA, во втором квартале 2026 года импорт нефти Китаем сократится на 3,3 млн баррелей в сутки по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Падение оказалось стремительным: еще в мае закупки упали до минимума с октября 2017 года — всего 7,8 млн баррелей в сутки, а в июне импорт оставался на уровне около 8 млн баррелей -10. В пиковый период март-май сокращение достигло беспрецедентных 4,8 млн баррелей в сутки — это превысило даже шок пандемии коронавируса во второй половине 2020 года, когда импорт снижался на 4 млн баррелей.

Бензиновый апокалипсис: электромобили съедают спрос

Главная причина пессимистичных прогнозов кроется не в логистике, а в китайских дорогах. Резкий рост цен на нефть на раннем этапе войны ускорил процесс, который уже шел полным ходом: массовый переход китайских потребителей на электромобили. В апреле 2026 года на долю полностью электрических автомобилей в Китае пришлось почти 42% продаж новых машин по сравнению с 38% в марте.

Вице-президент Rystad Energy Линь Е отмечает устойчивость сформировавшихся привычек: «У тех, кто пересел на электромобиль во время войны, может не найтись причин для возврата к бензиновым автомобилям, если только цены на топливо не станут существенно ниже». Этот структурный сдвиг подтверждается глобальными данными: Международное энергетическое агентство (МЭА) в своем обзоре Global Energy Review 2026 указывает, что спрос на транспортное топливо в Китае практически достиг плато, при этом значительный рост наблюдается лишь в авиационном секторе -4. Примечательно, что китайский ВВП вырос на 20% в период с 2021 по 2025 год, но бензиновый и дизельный спрос остался почти неизменным — этот рост «съела» быстрая электрификация автопарка, газовые грузовики и рост популярности высокоскоростных железных дорог -4.

Оценки потерь: от 200 до 600 тысяч баррелей в сутки

Аналитики Rystad Energy оценивают постоянную потерю спроса на топливо в транспортном секторе, которая уже не восстановится в этом году, в диапазоне 200-600 тыс. баррелей в сутки. Эксперты Energy Aspects называют цифру в 300 тыс. баррелей. В JPMorgan Chase полагают, что более половины утерянного в период конфликта спроса может оказаться временным, и страна начнет постепенно наращивать импорт с августа за счет оживления химической промышленности и необходимости пополнения стратегических резервов.

Однако даже оптимистичные оценки банка не отменяют главного: китайский аппетит к нефти больше не будет прежним. Будущий рост будет определяться не бензином и дизелем, как раньше, а нефтехимией. Спрос на нафту, сжиженный нефтяной газ и этан — сырье для производства пластмасс — продолжает расти, и именно здесь, по данным МЭА, сосредоточен практически весь прирост китайского потребления нефти -4.

Новое лицо импорта: Россия укрепляет позиции

На фоне падения общего объема импорта меняется и география поставок. Блокада Ормузского пролива в мае 2026 года практически обнулила закупки из Ирака, ОАЭ, Кувейта и Катара, в то время как Саудовская Аравия смогла нарастить поставки, используя альтернативный маршрут через Баб-эль-Мандебский пролив -10.

Россия уверенно сохраняет статус крупнейшего экспортера нефти в Китай. По итогам пяти месяцев 2026 года поставки из РФ выросли на 20% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года и составили почти 49 млн тонн -10. В мае, однако, импорт российской нефти впервые в 2026 году опустился ниже 2 млн баррелей в сутки — до 1,92 млн -10. Бразилия, напротив, вышла на второе место по объему поставок, увеличив экспорт в КНР на 70% за пять месяцев -10.

Таким образом, Китай оказался на перепутье: с одной стороны — необходимость обеспечивать энергетическую безопасность в нестабильном мире, с другой — стремительная трансформация внутреннего спроса, которая лишает нефтяной рынок его главного «драйвера роста». Ближневосточная война лишь ускорила этот переход, но не стала его первопричиной. Мир наблюдает за тем, как крупнейший импортер нефти постепенно превращается в лабораторию постнефтяной экономики, где электромобили и нефтехимия меняют привычные правила игры.